Короткие реплики об Э.Н.

 Алексей Козлов ( как утверждает Филиппенко,- тот, что на саксе... )
И мне бы хотелось сказать ещё об одной моей деятельности. Дело в том, что я считаю себя одним из пионеров вообще мультимедийного искусства в России. Я начал работать на примитивных синтезаторах одним из первых. Первым был Эдуард Артемьев. Но он сразу на "Макинтоше" начал работать, а мы с Жорой Гараняном стали первыми, кто работал на "Yamaha CX-5", потом пошли другие. IBM я осваивал, в общем, первым, и очень многих посадил на компьютер.












Леонид Захаров, замглавного редактора «КП», - о своих любимых композиторах
- В 70-е годы прошлого столетия в СССР главными любителями органной музыки были не музыковеды и не профессора консерваторий, а юные рок-фанаты. Рик Уэйкман, Кит Эмерсон, Джон Лорд и другие их кумиры при записи пластинок и на концертах изредка имитировали на своих синтезаторах звук большого церковного органа, и это было божественно.

И когда доводилось услышать тех, с кого рок-органисты «снимали» свои аккорды (в основном был доступен Бах, которого фирма грамзаписи «Мелодия» выпускала в достаточных количествах), это тоже ужасно будоражило. Многим тогда казалось, что Бах был вполне себе рок-музыкантом, только жил раньше. А на фильм «Солярис» некоторые ничего не смыслившие в кинематографе юнцы ходили ради того, чтобы услышать прелюдию фа-минор Баха в переложении Эдуарда Артемьева на фоне картин Брейгеля. Пошловатая идея равновеликости рок-музыки и классики была в ту пору чрезвычайно популярна.

Прошли годы. Юнцы выросли. Одни так и не пошли в своем развитии дальше Рика Уэйкмана. Другие со временем узнали, что Бах был не единственным великим органистом и что многому он учился, например, у Иоганна Пахельбеля.

А в 1705 году юный Бах пришел в далекий город Любек (говорят, преодолел пешком 400 километров), чтобы послушать и понять органиста-виртуоза Дитриха Букстехуде, музыканта невероятно влиятельного.

Кстати, Георга Филиппа Телемана современники вообще ставили выше Баха. И вы знаете, если прислушаться, то надо признать: есть на то некоторые основания. А уж по части плодовитости Телеману вообще мало равных.

А Джироламо Фрексобальди? Он даже по меркам нынешних поп-кумиров был настоящей суперзвездой: когда Фрескобальди дебютировал в качестве органиста в соборе святого Петра в Риме, 30 тысяч человек собрались его послушать. Без всякой раскрутки.

Микалоюса Чюрлениса мы в эту компанию достойнейших музыкантов добавили не только за его чисто музыкальные заслуги (а ведь, как вам, несомненно, известно, художником он был не менее выдающимся), но и для того, чтобы показать, что органная музыка пережила средние века и еще в начале прошлого века чувствовала себя весьма неплохо.

Слушайте, наслаждайтесь и имейте в виду, что случайно оброненная фраза «купил себе недавно Букстехуде, чисто для души» невероятно повышает ваш рейтинг. Это даже лучше, чем «Опыты» Монтеня под мышкой (компьютерной).


Из интервью Юрия Ряшенцева-Российской Газете (Неделя)

 Фото: Сергей МихеевА какова судьба оперы "Раскольников", написанной по вашему либретто 

Эдуардом Артемьевым?

Юрий Ряшенцев: С одной стороны, очень счастливая: я получил колоссальное наслаждение, работая с этим замечательным человеком и композитором. А с другой стороны, эта опера не поставлена. Она лежит в столе с 1979 года. Андрей Кончаловский, мой соавтор по либретто, сделал "раскадровку" всех мизансцен, обсудил с художником возможную сценографию, и на этом работа остановилась. На постановку нужны серьезные деньги. Но я запасся терпением. Я вырос в спартанских условиях советской власти и привык к тому, что от идеи до ее воплощения - длинная и труднопреодолимая полоса. Прошлой зимой я ездил к Кончаловскому на дачу, мы занимались правкой сценария. В связи с событиями, происходящими в стране, не может не уточняться что-то в образах героев, в отношениях Родиона и Сони.


Дима Билан:

Я вообще большой поклонник советского кино. "Родня" - потрясающий фильм! Мои близкие очень любят его цитировать: "А Гена при живом муже - это нормально?" (Смеется.) Или когда после танцев Мария (Нонна Мордюкова) ударяется о стеклянную дверь: "Что за люди? Все у них есть. И все им мало..." А Эдуард Артемьев, его музыка! У меня много ее в айфон закачано. 

Смотрите оригинал материала наhttp://www.1tv.ru/public/pi=24706







Сотрудник Алтайской филармонии Наталья Гончарова: 



В наши дни наследницей театральных оркестров является музыка кино. В фильмах музыка несет и прикладную, и огромную эмоциональную нагрузку. Встречаются сцены, полностью определяемые музыкой. Вспомним хотя бы знаменитый эпизод с отцепленным вагончиком из фильма «Раба любви», в котором нет ничего, кроме глаз героини и прекрасной музыки Эдуарда Артемьева.










Александра Николаевна Пахмутова:

«Когда СССР на Олимпиаде оказывался вторым, для нас это был траур»
— Ваша «Ода на зажжение огня» предназначалась для открытия Олимпиады?

— Нет, музыку для зажжения олимпийского факела тогда написал замечательный композитор Эдуард Артемьев. А я сочинила свою оду просто потому, что, как и вся страна, жила в предвкушении Олимпиады. 









Когда жизнь - труба. Вадим Эйленкриг.











Мы не привыкли, что музыканты такие. Вадим Эйленкриг, один из лучших российских джазовых трубачей, вышел на сцену Театра Российской армии в разгар праздника в честь Дня единения народов Беларуси и России во главе своего квинтета уверенной походкой атлета, расправил широкие плечи, поднес ко рту трубу — и музыка Эдуарда Артемьева из фильма «Свой среди чужих, чужой среди своих» заставила нас забыть обо всем и только слушать, слушать, слушать. — В этой музыке особая магия, — говорит Вадим Эйленкриг. — По–моему, мелодия Артемьева, а тема эта называется, кстати, «Три товарища», в фильме, если помните, о крепкой мужской дружбе речь и идет, это самая красивая мелодия для трубы, написанная в России за последние полвека. У всех, кто родился в СССР, она вызывает добрые, ностальгические чувства, да и к праздничному вечеру эта композиция, по–моему, очень подошла и по духу, и по названию, по стилю, торжественному, берущему за душу. — Вадим, но ведь «Три товарища» — это эстрада, поп–музыка, музыка кино — что угодно, только не джаз... — Однажды журналисты в беседе с Дюком Эллингтоном начали задавать великому музыканту вопрос «Вот, вы играете джаз...» — и он прервал их: «Стоп, я не играю джаз, я играю музыку XX века!» И я готов подписаться под его словами, как и, уверен, многие музыканты. Никто не хочет загонять себя в рамки, а делить музыку по стилям, скажу вам, очень сложно. Во–первых, в самом джазе много ответвлений, во–вторых, каждую мелодию можно разложить на импровизации, да и из любой музыки можно сделать джаз, и пусть критики придумывают потом для этого имена. 
Читать статью полностью на портале «СБ»: 
http://www.sb.by/post/162942/















































































Comments