СЕРГЕЙ СКРИПКА: «НАШЕ КИНО ДВИЖЕТСЯ В ПРАВИЛЬНОМ НАПРАВЛЕНИИ»

СЕРГЕЙ СКРИПКА: «НАШЕ КИНО ДВИЖЕТСЯ В ПРАВИЛЬНОМ НАПРАВЛЕНИИ»

 
5 ОКТЯБРЯ 2019 10:00
 
МАРИЯ МИХАЙЛОВА | ФОТО: ПРЕСС-СЛУЖБА ОРКЕСТРА
 
В субботу, 5 октября, художественный руководитель и главный дирижер Российского государственного симфонического оркестра кинематографии Сергей СКРИПКА отмечает 70-летие. В преддверии праздника «Театрал» побеседовал с юбиляром.
 
– Сергей Иванович, ваш знаменитый оркестр записывал музыку не только ко всем легендарным советским фильмам, но и к недавним российским блокбастерам…
– Мы, кстати, и к спектаклям записывали немало! Буквально на прошлой неделе писали на «Мосфильме» музыку Владимира Дашкевича к спектаклю театра «Эрмитаж» Михаила Левитина по Хармсу. А вообще, любой театр назовите, мы там обязательно «наследили». В свое время записывали музыку Эдисона Денисова к спектаклю Юрия Любимова «Мастер и Маргарита», к спектаклям театра «Маяковского», театра «Современник»… Так что я тоже считаю себя театралом, тем более, в наших концертах принимают участие очень много актеров, особенно из «Ленкома».  У нас даже был отдельный концерт «Поют актеры театра «Ленком». Участвовали Сергей Степанченко, Анна Большова, Илья Трофимов… Мы очень дружим, и они часто меня приглашают на свои спектакли. А Лера Ланская, Наташа Быстрова, Дмитрий Ермак приглашают на свои мюзиклы.
 
– Во время работы над музыкой к фильму, вы больше связаны с режиссером или композитором?
– Это зависит от того, какой режиссер, потому что сейчас появились такие режиссеры, которые даже на запись не приходят. Многие молодые говорят: «А зачем я там нужен? Там есть композитор, пусть делает свою часть работы».
 
– Значит, композитор на записи всегда присутствует?
– Композитор – всегда, если это настоящий композитор, потому что появились такие, которые даже нот не знают. Вы смеетесь, но это так. Он приходит с какими-то людьми и говорит: «Это мой аранжировщик, а это мой супервайзер». Короче говоря, если я у такого композитора спрашиваю: «Какая здесь должна быть нота?», он отвечает: «Сейчас спрошу у аранжировщика». Не знает, что за нота. Это, конечно, крайний случай, но такое бывает. А бывает, что режиссер приходит на запись и идет спать в соседнюю комнату, что тоже удивительно. Но, конечно, есть люди, которые испытывают огромное наслаждение от записи. Вот - Никита Михалков! Я не представляю, чтоб запись проходила без него. При том, что композитор Эдуард Артемьев необыкновенно профессиональный, талантливейший человек, и, наверное, мы бы с ним сами справились, но Михалков своим видением фильма как-то нас всех направляет, говорит, что хотелось бы и по характеру, и по каким-то тончайшим нюансам. Он умеет нас настроить на свой лад. Или Сергей Урсуляк, который даже сериалы делает на очень высоком уровне. Все говорят, что на сериалы невозможно получить оркестр. Почему невозможно? Урсуляк же получает, видимо, потому что он понимает, как это важно, и добивается.
 
– Как вам работалось с Эльдаром  Рязановым?
– Эльдар Александрович говорил: «Я ничего в музыке не понимаю». Но он сочинял стихи к песням, и все время морочил голову композитору Андрею Петрову, что это написал то ли Блейк, то ли кто-то еще. Рязанов до такой степени задурил Андрея Павловича, что когда он принес ему стихи Михаила Светлова «Большая дорога военной удачи» (в фильме «О бедном гусаре» ее поет Андрей Миронов, помните эту сцену, когда солдаты отдыхают, и гусары бельевую веревку на штыках держат?), Петров на Рязанова подозрительно посмотрел и спросил: «Эльдар Александрович, это ваши стихи?». На что Рязанов ответил: «Если бы я так писал, я бы бросил режиссуру». А вообще Эльдар Александрович обладал самым главным качеством, которое я ценю в режиссерах, он вмешивался, но не мешал. Он говорил, что бы ему хотелось, но решать доверял профессионалам. На его фильмах с нами работала Раиса Александровна Лукина (музыкальный редактор, которая проработала на «Мосфильме» свыше 50 лет, еще с Пырьевым и с Эйзенштейном работала, в общем, это была легенда «Мосфильма»). Она говорила: «Эльдар Александрович, отойдите, пожалуйста, в сторонку, не мешайте нам работать». Он тихонечко уходил и наблюдал издалека. А вот Данелия тот, наоборот, влезал в каждую ноту!
 
– Не так давно вы сотрудничали с режиссером Лебедевым на фильме «Легенда №17»…
– Музыка к «Легенде №17» – это у нас Эдуард Артемьев. А потом с Лебедевым я делал еще «Экипаж» с композитором Артемом Васильевым. Он из нового поколения настоящих мастеров. И он, и Юрий Потеенко, и Алексей Айги – это музыканты, которые сейчас идут к своим вершинам. А с Николаем Лебедевым вообще удивительно работать. Он умеет всех настолько обаять своей какой-то человеческой теплотой, что и ты полностью оказываешься в его власти. Он, когда хочет сделать какое-то замечание или выразить несогласие, всегда сначала 25 раз извинится.  Картина «Легенда №17» - это один из немногих фильмов, которому я, сидя на премьере, аплодировал как мальчик, когда на экране голы забивали. Она меня захватила полностью и вместе со мной весь огромный зал кинотеатра «Октябрь» аплодировал в тех же местах, что и я. Что-то в этой картине есть волшебное. Мне, вообще, кажется, что наше кино сейчас движется в правильном направлении.
Comments